Три заядлых автолюбителя в гараже после работы давят пузырь. Вдруг подбегает семилетний сынишка одного из них:
- Папа! Там мальчишки во дворе обзываются непонятными словами!
- ??
- Кто такие "пи@расы"?
Отец замешкался. На выручку приходит товарищ:
- Как тебе объяснить... Ну, вот, например, едет мужик по дороге по левому ряду, резко останавливается на перекрестке и включает левый поворот. Вот ЭТО и есть пи@рас.
Другой товарищ:
- Это что! Другое дело, если едет мужик по левому ряду, резко останавливается на перекрестке и включает ПРАВЫЙ поворот. Вот это уже точно пи@рас.
Отец:
- Это все фигня. Вот пример: Еду я по дороге, резко останавливаюсь на перекрестке, и забыл - куда мне дальше ехать - направо или налево. А эти ПИ@РАСЫ сзади сигналят, сигналят...
По бокам космического корабля "Кеннеди" размещаются два двигателя по 5 футов шириной. Конструкторы корабля хотели бы сделать эти двигатели еще шире, но не смогли. Почему?
Дело в том, что двигатели эти доставлялись по железной дороге, которая проходит по узкому туннелю. Расстояние между рельсами стандартное: 4 фута 8.5 дюйма, поэтому конструкторы могли сделать двигатели только шириной 5 футов.
Возникает вопрос: почему расстояние между рельсами 4 фута 8.5 дюйма? Откуда взялась эта цифра?
Оказывается, что железную дорогу в Штатах делали такую же, как и в Англии, а в Англии делали железнодорожные вагоны по тому же принципу, что и трамвайные, а первые трамваи производились в Англии по образу и подобию конки. А длина оси конки составляла как раз 4 фута 8.5 дюйма! Но почему?
Потому что конки делали с тем расчетом, чтобы их оси попадали в колеи на английских дорогах, чтобы колеса меньше изнашивались, а расстояние между колеями в Англии как раз 4 фута 8.5 дюйма! Отчего так?
Да просто дороги в Великобритании стали делать римляне, подводя их под размер своих боевых колесниц, и длина оси стандартной римской колесницы равнялась... правильно, 4 футам 8.5 дюймам! Ну вот теперь мы докопались, откуда взялся этот размер, но все же почему римлянам вздумалось делать свои колесницы с осями именно такой длины? А вот почему: в такую колесницу запрягали обычно двух лошадей. А 4 фута 8.5 дюйма - это был как раз размер двух лошадиных задниц! Делать ось колесницы длиннее было неудобно, так как это нарушало бы равновесие колесницы.
Следовательно, вот и ответ на самый первый вопрос: даже теперь, когда человек вышел в космос, его наивысшие технические достижения напрямую зависят от РАЗМЕРА ЛОШАДИНОЙ ЗАДНИЦЫ ДВЕ ТЫСЯЧИ ЛЕТ НАЗАД.
Еще в начале лета приятель мне рассказывал, что в парке на Крестовском острове поставили новые аттракционы. Мол, соорудили большие Русские горки и поставили какое-то Свободное падение - лифт в котором тебя сбрасывают с большой высоты. Очень круто.
Сегодня я подумал, что пол лета уже прошло, а я все никак и принял решение, что пора. Барышня, которую я планировал выгулять вечером, восприняла эту идею спокойно и мы отправились.
В 8 часов вечера на входе в парк все было вполне оживленно и весело.
Первым делом увидел большие Русские горки - их построили как раз за старыми. Особо не поразили - ну повыше старых, но ни в какое сравнение с теми развалинами Американских горок, что я видел в детстве где-то примерно в этих же местах. Те были больше. Может потому что в детстве.
Новая, уникальная для России по своим характеристикам Русская Горка. Высота 45 метров, длина трассы 1,5 километра.
Чуть позади виднелась башня свободного падения. Изредка на ней можно было увидеть какой-то лифт, но как он падает заметить не удавалось - очевидно это происходило быстро. Боже, как я ошибался.
Вначале отправились на горки. Вблизи все было еще хуже - такое впечатление, что купили б/у горку в каком-то европейском парке, подлатали и запустили. Все какое-то старое, не современного дизайна, грохочет и лязгает. Ну да ладно, 100 рублей не жалко.
Надо сказать, что до этого я ни разу ни на каких таких аттракционах не выступал и представления не имел.
Просмотр предыдущей группы тоже особо не впечатлил - ну на первой петле повизжали, а потом ехали молча, кто-то даже приветственно рукой махал вниз, и все закончилось довольно быстро.
Сели. Кресла как из Звездных Войн, еще и пшикают при отключении. Сразу предупреждаю - если поторопитесь и все на себе защелкните, то отщелкнется обратно только после финиша. А вы до самого старта, пока там все с местами разбираются будете сидеть прикованными к креслу, как бабочка в коллекции.
Свистнули, вздрогнули, поехали. Затащили нас наверх, довольно высоко, сижу, верчу головой. Подъезжаем к началу.
Ни одна блядь не предупредила, что головой вертеть не надо, а надо прижать ее как ас-истребитель к спинке кресла и держать прямо. Потому как ухнули мы в первую петлю и ускорение в ней оказалось ниебическим. Голову мне загнуло вниз, смотрю себе в промежность и туда же пускаю слюни из перекошенного рта. Чуть шею не отломало.
Слегчало, выпрямляю голову и смотрю вперед. Да, дальше я только этим и занимался. Взгляд уперся в рельсы впереди и от них не отрывался. Ага, вон та гайка сейчас не выдержит... Или вон та скоба... И пойдем мы по всем законам физики по касательной всем паровозом в небо... Аки гуси-лебеди, с матами... Блять... Еще поворот... Счас точно улетим, ну не может эта колымага здесь удержаться...
Мысли о том, чтобы величественно помахать рукой вниз не возникло. Она даже не показалась смешной. Волновало, как бы не вырвать скобу из переднего кресла. Или не передавить эту трубу (диаметром сантиметра 4-5) руками как бумажную.
Понеслись по горизонтальной части трассы в лес. Со стороны это место казалось совсем скучным. А тут... в лесу... ебать мой лысый череп, счас точно выпаду к ебеням... и башкой об опоры... ай, ненада! хватит!!!
В общем, все-таки я не заорал и доехал до финиша не обделамшись. Руки на поручне смог разжать не сразу.
Что характерно, пока я боролся с пальцами и уговаривал их отпустить трубу - барышня уже начала поправлять прическу. Первым делом. "Я, - говорит, - как к началу подъехали глаза то и закрыла, а как остановились подумала, что челку наверное мне ветром порастрепало..."
Передохнул, втянул в себя сигарету (мысленно отметил, что ручонки то подрагивают).
- Ну что, на свободное падение? - наигранно бодро так.
- А давай!
И пошли.
Надо сказать, приятель мне рассказал про этот аттракцион так:
- Сначала поднимают до половины и сбрасывают не на полной скорости, притормаживают, чтоб народ привык. А потом тащат на самый верх и от туда уже бросают по полной. И все.
Докладываю: приятель мой на этом аттракционе не был. Наблюдал, видимо, из почтительного далека. Чтоб привык, значит, конечно, хуй там плавал, все наоборот.
Злобный совет:
Вообще, вполне реально купить билет на этот аттракцион в другой кассе, на подходах смотреть на другие аттракционы (там тоже визжат по полной), друзей отвлекать болтовней. Если повезет и очереди не будет - подойдете как раз к загрузке своей группы и получите приятный сюрприз. Тем, кто хочет особо впечатлиться или дать просраться своим друзьям - советую дальше не читать и прокрасться к этому аттракциону глядя в землю, чтоб не увидеть предыдущую группу страдальцев. Со стороны увидеть все не так просто - деревья мешают, вокруг всякое происходит и тд и тп.
То есть если вы не будете знать порядок мероприятия - инфаркт вам обеспечен. Гарантирую.
Нам повезло - очереди не было, но лифт уже был почти заряжен под завязку, были только одиночные места, а мы решили, что обосцаца рядом будет романтичнее и стали ждать следующего сеанса.
Купил билеты (тут уже по 200р), сел рядом на деревянную лавочку и стал наблюдать.
Для начала выяснилось, что сажают всех не внутрь лифта, а снаружи. То есть это такой охеренный столб высотой метров 70 из труб, тросов и прочих балок, на него снаружи одета квадратная рамка, а к ней пристегнуты сиденья. По три с каждой стороны. Сидишь ты, дрыгаешь ногами, а вокруг пустота, только за спиной что-то, чего ты не видишь.
Ну вот, все страдальцы собрались, их пристегнули, барышня билетерша закрыла калитку и с хитрым выражением лица нажала на зеленую кнопку.
Я уселся поудобнее.
Что-то загудело, и лифт пополз вверх. Медленно, вяло и рывками. Поднялся метра на 3, остановился и даже приупал назад сантиметров на 10-20. Кто-то истерически пошутил - ну вот, сломалось.
Вдруг что-то загудело, чиста как в Войне Миров марсиане выли. Очень противно. Явно куда-то воздух нагнетали.
- Э-э-э, - думаю, - наверное, воздушный тормоз готовят. Счас их подымут на половину, плавно опустят...
Настала тишина. Пауза была взята театральная. Мне до сих пор интересно - там паузы всегда одинаковые или рандомный таймер есть?
Что-то тихо пощелкивает... И вдруг их всех как заебенит в небо! Я блядь аж на своей лавке подпрыгнул. Ну натурально как в мультфильмах - когда главного героя из пращи или огромной рогатки в небо пуляют - вжиииик! и он уже в точку. Тут точно так - сидят передо мной 12 человек в марсианских креслах, болтают ножками и вдруг - фьююють и нет их. А где-то в небе черная точка визжит на много голосов.
Если бы я смог оторвать жало от этой точки - то я бы точно оттуда сбег. Но я смотрел на них как кролик на удава и к лавке приклеился.
Ну да ладно. Подошла наша очередь. Уселся в кресло, пристегнулся, жду. Надо сказать так я не мандражировал даже на гонках перед стартом. Барышня сидела в соседнем кресле, но если бы там сидел сам Фредди Крюггер, выражение моего лица не изменилось бы ни на йоту.
Заскрипело, поползли вверх. Замерли. Снизу по-марсиански завыло. Мыслей в голове ноль.
Тишина, драматическая, блять, пауза.
И тут нами ебнули вверх. На Русских горках, если вы помните, я удержался, не заорал. Тут я тоже не заорал. Не смог. Из меня вырвался утробный стон:
- ЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫ.....
В верхней точке мы остановились не сами по себе. Так, во всяком случае, мне ощущалось. Нас тормозили. Вокруг пустота, обозреваю я город, причем вижу его крайне хорошо, не только потому что высоко, а в основном потому что глаза по блюдцу, и в это время кресло начинает тормозить, а я продолжаю стремиться вверх. В небытие. Я так глаза не выпучивал даже, когда меня лично начальник штаба дивизии поймал за воровством на продуктовом складе.
- ЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫ.....
Невесомость. Падение вниз. Но не до конца, до половины примерно. Снова вверх.
Тут нас ловят и останавливают. Подтягивают к самому верху.
Пауза. Снизу раздается марсианский рев. Потом тишина. За спиной что-то зловеще пощелкивает. Обозреваю город, пытаюсь не выронить глаза. Высота примерно 25-ти этажный дом. Болтаю ножками в полной пустоте, думаю о вечном.
Ебббссссс! Полетели вниз.
- ЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫ.....
Невесомость.
Ну, потом еще пару раз протелепались туда сюда оттормаживаясь, но это уже детские игрушки.
С кресла сошел сам. Покурил. Отошли от аттракциона подальше. Пошел пописал в бесплатный туалет. Почему-то бесплатность очень успокоила.
Более-менее собрал себя в кучку. Поворачиваюсь к барышне, чтобы величественно изречь "Ну, что, тебе было не очень страшно?" и в это время из-за деревьев раздается марсианский рев. Оказывается, рефлекс надежнейше прописался с одного раза! По условному звуку судорожно замахал руками во все стороны в поисках трубы, чтобы схватиться за нее и замереть.
Атличный атракцион, всем рекомендую. Не хуже чем трижды потрахаться.
Вот обычно, когда барышням страшно, они визжат. Так, да?
Не так. Когда визжат - это им весело и чуть страшно. На свободном падении они не визжали. Они рыдали, во весь голос, с завываниями, на весь парк. Я этот звук не возьмусь передать, аналогов нет. Протяжный и очень громкий взрыд с всхлипыванием, многократно и долго. Совсем не визг, нет. Да я и сам там стонал.
Вы испытаете Взлет в кресле с ускорением болида Формулы 1 на высоту 70 метров и такое же стремительное падение! Тарзанка "отдыхает"!
Был там еще Шейкер, и Шторм, но это я уже ниасилил. На Шторме народ визжал непрерывно и как резаный. Но не плакал, как на свободном падении.
PS от bulana млин я на Русских горках катался.............. ащущения теже, только добавляло что в первой вагонетке сидел, так сказать был в первом ряду................
я млин до конца жизни енти ощущения низачто не забуду, как млин не обоср.......ся сам не пойму
В пионерском лагере
Однажды летом, нас с Жеганом мои родаки умудрились запихнуть в понтовый пионерский лагерь от какого-то института. Отец там хуйню чинил всякую и начальники его типа отблагодарили. Пускай, говорят, Ваши дети Пантелеймон Филипыч, отдохнут по-человечески. Ну отец меня туда и отправил, а вторую путевку корефану моему отдал. Хуле - веселиться так вместе. Ох же, бля, напрасно он нас туда отправил. Ох, бля не подумал тятя куда выщерка своего кинул. В общем, вот вам история про двух волков в овечьем стаде.
Короче, приехали мы, ходим бродим. Все дети как заводные огурцы носятся туда-сюда. Все друг друга знают. Все в кружках каких-то сраных состоят и главное, жрут че-то постоянно. Постоянно че-то за щекой хомячат, как будто им человеки-нивидимки писюка в рот пихают.
Ну и хуй с ними. Мы с Жеганом побродили несколько дней. Потом тоже пошли в кружок записываться. Решили в авиамодельный. Там всякие уебанцы модельки самолетов клеили и дрочили потом на них счастливо. Мы записались. Вожатый долго копался в закромах, потом выдал нам модельку - самую хуевую. Все клеили истребители да вертолеты, а нам дали пластмассовый обрубок с короткими крыльями как у курицы.
- Че это за аэровафлю ты нам дал? - спросил Жеган у вожатого.
- Это грузо-пассажирский самолет, на нем во время Великой Отечественной войны летчики совершали ночные бомбардировочные вылеты. - с умным видом сказал вожатый.
- Слышь, а на хуя ты его нам то дал? Дай нам че-нибудь реальное склеить! Штурмовик или ракету. Не хотим мы эту ночную вафлю собирать.
- Начните с этой. Данная модель - наиболее простая для склеивания. Для новичков - самый раз.
- Какие мы тебе новички?! Ты знаешь сколько мы самолетов и прочей хуйни переделали?
До хуя! Одних наших моделек хватит чтобы блять весь мир к ебеням разнести. Новичков нашел бля.
После такой нашей искренней тирады, вожатый, Димой его звали, крепко задумался. Че то попотел в очки, поковырял в носу. Потом наконец разродился:
- Ладно ребята, я вам поверю под честное пионерское. Вот вам, - тут он опять нырнул в закрома, долго че-то там шуршал. Вылез держа в руках неибательски здоровую коробку.
- Вот вам ребята модель штурмовика Ил-10. Только очень вас прошу - не испортите ее. Она у нас единственная.
- Не ссы! Через неделю все будет готова. От настоящего не отличишь! - успокоили мы Диму и попиздовали клеить модель.
Тут я должен вам признаться что мы все напиздили этому олуху. Ничего и никогда мы не клеили. Я клей один раз в руках держал, кодга мы его нюхали у Сутулого дома. Но бля, решили мы, если всякие очкастые говножоры могут клеить, то хуле ж нам не смочь.
Так мы подумали и раскрыли коробку с самолетом. От увиденного наш боевой пыл слегка обмяк.
- Ебать! - сказал я.
- Ебать! - эхом откликнулся Жеган.
Такого количества всякой хуйни мы и представить себе не могли. Вся коробка была до отказа забита пластмассовыми детальками, причем ни одна из них даже отдаленно не походила на самолет.
- Может, они не то в коробку положили? - спросил Жеган.
- Или сразу несколько самолетов запихнули.
Повтыкав еще немного вы эту больную фантазию из пластмассы, названную Ил-10, мы решили обратиться за помощью. После обеда поймали очкарика из кружка.
- Слышь, ты клеить самолеты умеешь? - спросил я обосравшегося от страха конструктора.
- Умею, - проблеял обсос.
- Тогда поможешь нам склеить штурмовик, - сказал Жеган.
- Или мы тебе ласты склеим, понял? - добавил я.
Очкарик нам помог. Он живо раскидал по кучкам детальки гундося под нос какую-то хуйню:
- Это фюзеляж, это крылья. Шасси, подкрылки…
- Слышь, подкрылки - хуилки, когда клеить начнем?!
- Сейчас. Главное - последовательность. Собираем фюзеляж, потом крылья, хвост. В общем, от крупного к малому.
- От крупного к малому! Ебеныть! Жеган - давай сами соберем эту хуйню.
- Давай. Обсос, - обратился я к очкарику, - будь рядом если мы че не так сфизюляжем.
И началась кропотливая работа. Жеган херачил корпус и хвост, я готовил крылья, наклеивая на них всякую мелкую херню. Время от времени мы звали очкарика, который вносил поправки в нашу конструкцию.
Наконец, штурмовик был готов. Несмотря на наши старания и помощь очкарика, самолет не выглядел новым. Да и на штурмовик с картинки не очень походил. Жеган, перепутал крылья и они торчали задом наперед, а я отломал лопасти у пропеллера и не туда приклеил пулемет. В общем, такой самолет ни хуя бы не понравился вожатому. Надо было че-то срочно придумать. И мы придумали.
- Слушай Вован, а давай он у нас летающим будет?
- Как мы его летающим сделаем? Моторчик штоли запихнем?
- На хуя? А слепни на что? Давай его на слепнях запустим!
Идея мне понравилась. Мы уже делали так в деревне - поймаешь слепня, привяжешь его ниткой за бошку и отпускаешь. Он летит в охуевании и за собой нитку тянет. Здоровые быки могли всю катушку размотать. Самолет, конечно, тяжелей катушки весил. Но, решили мы, штук пятьдесят слепней поднимут его в небо.
Целый день мы как подорванные ловили слепней и шмелей-беложопиков. Потом каждому привязали к бошке белую нитку, второй конец которой закрепили к самолету. Чтобы не допустить фальш-старта и преждевременного износа "двигателей", привязанных насекомых мы аккуратно запихивали в спичечные коробки.
Наконец, все слепни и шмели заняли свои боевые места. Расфасованные по спичечным коробкам они нетерпеливо жужжали, рвясь в небо. Мы позвали на старт двух обсосов- асисстентов и с их помощью открыли все коробки одновременно.
- Взлет! - скомандовал Жеган.
Тупые насекомые однако не поняли нашего приказа. Часть из них осталось на аэродроме, тупо бродя вокруг коробка. Многие взлетели, но в разные стороны, путаясь в нитках. Через несколько минут обессиленные слепни попадали на землю. Только пару шмелей че-то жужжала в воздухе, не в силах сдвинуть штурмовик с места.
- Фиаско! - грустно промолвил один из обсосов.
- Че?! - не понял Жеган.
- Я имею ввиду - полная катастрофа.
Да уж. Катастрофа была просто пиздец какая. Мы сидели с Жеганом за сортиром, курили и с отвращением смотрели на наш штурмовик.
- Ну че, Вован? Давай его сожгем что ли. А вожатому скажем, мол спиздили?
- Или у задротов отобрать?
- Не получится - наш один такой. Да и стуканут они.
Че делать блять? Че блять делать? Вдруг на плечо Жегана упал крупная лепеха птичьего говна.
- Хуяк! - удивился Жеган.
- Как блять бомбардировщик!
- или как штурмовик.
Епты - птицы! Нам надо использовать в качестве двигателя птицу. И пиздец - победа.
А птиц то мы умели ловить. Через пару часов поймали галчонка. Мелкого, но шустрого.
Привязали ему к ноге кусок деревяшки - штурмовиком решили пока не рисковать, мало ли куда этот мудак полетит, - и отпустили. Галчонок повизжал мальца, поохуевал немного и полетел. Деревяшка привязанная веревкой к его ноге, взлетела с небольшим разгоном следом.
- Охуенно! - констатировали мы. Правда, веревка отвязалась и прыткий галчонок съебался, но поймать еще одну птицу было не сложно.
На следующий день, мы решили показать наше чудо кружку. Дима, узнав что мы собираемся поднять готовый штурмовик в небо, очень обрадовался и позвал еще всяких обсосов из разных отрядов, и до кучи директора.
Директор был мудак и нас недолюбливал, считая что ошибкой было нас пускать в его образцовый лагерь. Ну и хуй с ним - с этим директором. Точнее - с ним пиздец какая история приключилась под конец смены, но об этом в другой раз.
Короче - этот мудак Дима созвал весь лагерь к обеду. Типа торжественный запуск легендарного самолета.
Мы с утра самого носились по территории лагеря в поисках подходящей птицы, но как назло ничего не попадалось. Все съебнули суки. Пришлось ловить неэстетичную ворону.
- Ладно, Вован. Ворона, так ворона - сильней полетит.
Мы крепко привязали к ногам птицы веревку с самолетом. Самой вороне заклеили клюв, чтобы она своим карканьем не портила праздник и покрасили тварь в голубой цвет - чтобы сливалась с небом и не отвлекала внимание восторженных обсосов от парящего штурмовика.
И вот торжественный момент старта. Куча мудаков собралась на линейке. Я вышел на сцену с самолетом, прикрывая его рукой - очень уж он уебищно выглядел, а Жеган чуть вдалеке за щитами с бодрыми пионерами притаился с вороной.
Еще минуты три Дима толкал какую-то шнягу про подвиги и прочую хуйню, потом он замолк и отошел.
- Раз, - скомандовал я, - два, три, - на счет пять Жеган подбросил вверх ворону.
Все замерли, уставившись на штурмовик. Ворона, сука блять, немного помахала крыльями, при этом самолет развернуло и он немного протащился по "взлетке".
Потом эта тупая тварь решила узнать, что ей мешает лететь, кроме склеенного ебла и привязанной веревки. Увидев самолет, она рухнула рядом с ним и немного пошароебясь вокруг, несколько раз ебнула по клювом по корпусу. Все в охуевании уставились на покрашенную ворону. Глупое животное, меж тем, вошло в азарт и довольно быстро раздолбала штурмовик, потом насрала рядом и съебнула шурша голубыми крыльями и унося с собой остатки Ил-10.
В абсолютной тишине, наконец раздался голос директора:
- Изверги. Просто живодеры - хуже фашистов!
Нам дали пизды, отчитали перед всем лагерем и запретили до конца смены ходить купаться и посещать дискотеки. Естественно, что о карьере авиамоделистов тоже пришлось забыть. В общем, полный пиздец - натуральный концлагерь. К тому же еще и директор постоянно сука следил за нами.
- Чтобы вы еще кого не замучили! - говорил он при этом.
Но бля, до конца смены мы в лагере так и не продержались. Причем пиздец устроили по полной. Но об этом в другой раз.
В общем, нас бля прижали конкретно. Мы с Жеганом стали типа изгоями и никто с нами не водился. Хуле - сам директор сказал, что мы изверги и хуже фашистов. К тому же сразу после этого события последовали еще два инцидента, окончательно поставившие нас вне закона.
Во-первых, голубая ворона вскоре сдохла. Ее вонючий труп был найден мелкими обсосами - октябрятами в бассейне. Естественно, ее смерть записали на наш счет. Как будто бы ни хуя не было понятно, что с переклеенным еблом и покрашенным туловищем, вороне не долго оставалось жить.
Второе происшествие было хуже. В субботу мы с Жеганом все-таки проникли на дискотеку в клуб. И там, подкупив сигаретой диск-жокея, попросили поставить нашу кассетку.
- Поставь Славик пару песенок, че тебе жалко бля?
Славик был сцыкуном, но жадным. Поэтому он согласился поставить только одну песню за три сигареты. Поскольку сигареты мы спиздили у него же, то нам было не жалко. А песней мы надеялись вернуть себе уважение в лагере.
Тогда все обсосы слушали какую-то хуйню. Всякое диско, Пугачеву и прочую блевотню. Некоторые, типа продвинутые кексы слушали брейк-музыку и танцевали под нее. Дергались как кубики-рубики и делали глупые ебальники - типа изображали из себя роботов.
Мы решили показать этим мудакам настоящий музон - хеви металл. Была у нас кассетка с Эксептом, вот ее то мы и решили поставить.
Через пять минут в клубе, где толпа потных пионеров топталась под негритянские частушки от бони-эм, наступила тишина. Это мудак Славик поставил нашу кассету не той стороной. Мокрые от духоты и возбуждения задроты подняли свист и требовали возобновить дискач. Славик немного потупил и, наконец, поставил. В динамики ударила железная кувалда и хриплый голос визгливо захрюкал на английском языке. Все пионеры в охуевании застыли, потому что никто из них, понятное дело, не знал, как надо танцевать под хеви - металл. Зато знали мы.
Подвывая в такт песни, мы с Жеганом выскочили на площадку и, схватив себя одной рукой за яйца, а другую выставив в сторону - типа гитары в руках держим, мы начали трясти своими тыквами. Так мы оттрясли два куплета, потом начался запил - это забойное соло на гитаре - мы повалились на пол и как кобры стали извиваться и шевелить пальцами рук, перебирая невидимые струны. Немного поелозив по полу, я уже собрался было подняться для финального забоя, как вдруг музыка че-то резко оборвалась. Охуевшие обсосы пялившееся на нас расступились и в образовавшемся проходе объявился директор.
- Это провокация? - сухо спросил он нас.
- Не, это Эксепт. Тяжелый рок.
- Да уж урок тяжелый придется извлечь. Я вам запретил появляться на дискотеке. А вы мало того что проникли сюда, так еще и набрались наглости ставить нацистские марши!
- Какие еще марши? Товарищ директор…
- Марш! - завизжал директор и, схватив нас за воротники рубашек поволок к выходу.
Упираясь, мы тащились за ним, запоминая ехидные рожи обсосов. Сочтемся, бля, уебки!
Директор на следующий день опять перед всеми нас обосрал, назвав нас фашиствующими молодчиками, слушающих милитаристскую музыку. Потом он еще долго размахивал дохлой вороной, называл нас в который раз живодерами, че-то тер про каких-то бианки и прочую лабуду. В конце предложил выгнать нас на хуй из лагеря, и до кучи из пионеров. Брызжа слюной, он вопил тряся в нашу сторону мертвой птицей:
- Неужели ради этих мерзавцев Павлик Морозов, Марат Козей и остальные герои проливали свою кровь?! Достойны ли эти два эгоиста и живодера, - тут он посмотрел на ворону, стараясь найти подтверждения своих слов и продолжил, - носить частички Красного Знамени на своих не мытых шеях?!
Все напряженно тупили. Потому как по большому счету всем было насрать - оставят нас или не оставят нас. Все хотели жрать и купаться.
Директор еще немного прогнал, потом видимо устав, спросил мнение отряда. Из разноголосого мычания стало понятно что, дескать, хоть мы и полные пидарасы, но отряд за нас в ответе, потому что бля "один за всех и все за одного" и короче - нас взяли на поруки. На том и разошлись.
Прошло две недели. Мы продолжали тупить с Жеганом и развлекались как могли. Купаться нас не пускали, на дискач тоже. В наряды ставили на кухню - говно какое-то чистить и мыть всякий шлак. В общем, на неинтересную работу. Зато следить за нами перестали. Все решили, что мы осознали низость своего поведения и типа раскаиваемся и плачем по ночам. Кто-то слышал даже, как Жеган всхлипывал.
На самом деле он тогда не всхлипывал, а сморкался. Мы тогда всю ночь собирали сопли в пакет. Тупые овцы из соседней палаты за ночь до этого перемазали нас зубной пастой - это такое пионерское развлечение, считается охуенно весело измазать пионера пастой. Нам это не показалось веселым и мы решили в отместку измазать их соплями и насцать в ботинки.
Но - это все семечки. Наша главная мечта была теперь отомстить суке директору. Причем не просто насрать ему в компот или стекло в кабинете разбить, а отомстить по-настоящему - чтобы блять весь этот ебанный лагерь охуел. А настоящая месть, как известно, требует серьезного подхода и сильной выдержки. Потому мы решили не распылять силы, не палиться зазря и полностью сосредоточились на директоре.
Кстати, это спасло тупых пионерок - мы не стали их мазать соплями, а только двум самым ебнутым кобылам надрочили на ебальники. Только эти дуры так и не поняли чем это у них ебла с утра измазаны были. Решили что зубной пастой. Одним словом - дуры конченные, стоило ради этого дрочить полночи.
Итак, мы решили отомстить. Для начала установили слежку за директором. Когда приходит, куда уходит, че делает и все такое прочее. Как два ловких сыщика мы целыми днями сидели в кустах, наблюдая за маршрутами директора. И вот, проклюнулось интересное явление - каждый день этот пидорас заходил в подсобное помещение продовольственного склада. Заходил ненадолго - всего на минуту, а потом довольный пиздовал дальше. В подсобке этой трудилась баба Нюра - старая корова, помощница повара. Она там целыми днями сидела и че-то там колдовала над хавчиком.
- Че он там у нее делает? - спросил меня Жеган.
- Не знаю. Не ебет же он ее. Небось, хавчик в одинаре точит.
- На хуя ему в сарае хавчик точить? Может, он че-то ныкает там?
Мы удвоили наши наблюдения за подсобкой. Однажды, нам удалось подобраться близко к окну в тот момент, когда директор только зашел туда. Жеган подсадил меня и я, прижимаясь ухом к стеклу, вслушался. Раздался голос бабы Нюры:
- Сергей Алексеевич, сегодня только до двенадцати.
- Но ты ведь знаешь… а впрочем, ладно.. - че там дальше прогундел директор я не разобрал.
Мы решили, что раз старуха сказала что сегодня только до двенадцати, а на часах, когда Алексеич заходил в подсобку было уже за час дня, значит, она имела ввиду полночь.
- Хуя братан! Че надо этому пидору в полночь от старухи?! - спросил Жеган.
- Не знаю. Сегодня посмотрим. Наверное, он реально че-то спиздить собрался. Мы его раскусим, и нам орден дадут.
Ближе к двенадцати, мы ловко соскочили с кроватей, подложив под простыни покрывала и чемоданы - как будто бы это мы и есть, и на цыпочках подкрались к подсобке. В ней горел свет. Мы затаились и принялись ждать. Через несколько минут на дорожке появился директор. Он торопливо шел, держа руки в карманах штанов и воровато озираясь (точно сука, спиздить народного хозяйства собрался!). Подойдя к подсобке, он едва слышно поскребся в дверь. Та открылась, и директор проскользнул внутрь. Дверь тотчас закрылась обратно. Минут двадцать мы сидели, напряженно вслушиваясь и пытаясь разобрать звуки, доносившееся из здания. Но стены были толстые, и ничего разобрать было невозможно. В окошко же заглядывать ссали - при свете лампочки нас могли пропалить. Но спустя несколько минут свет вдруг погас, я мигом вскарабкался Жегану на плечи и осторожно заглянул в окошко.
Ебаный в рот! Это ужас что я там увидел, а увидел я все хорошо - в противоположное окно бил фонарь, освещая все помещение. Как мы раньше то оконце не приметили - хуй его знает.
Вот что я там увидел - в дальнем углу большого помещения, заваленного всяким хламом, на картонных ящиках с наброшенными поверх одеялами, в раскоряку стояла баба Нюра и держала за рога козу. Директор наш стоял сзади бедного животного, и своим мелким кривым стручком обмотанным изолентой, долбил ее в очко! При каждом тычке баба Нюра глупо улыбалась и затыкала козе пасть, а Алексеевич деловито поправлял очки и продолжал долбление.
Еще немного поглядев на это рвотное зрелище, я слез на землю и сказал Жегану что необходимо съебывать.
- Ну че там, Вован?! - спросил кореш, когда мы отбежали к сортиру.
- Этот извращенец трахает козу.
- Старуху?!
- Да нет - настоящую козу, с рогами которая. Я чуть не сблеванул. Мало того что он ее ебет так он еще член изолентой обернул.
- Так вот куда вся изоляшка пропала. Ууу сука блять! А нас еще живодерами обозвал! Че будем делать?
- Как чего - мстить. Надо только решить как.
В течение последующих нескольких дней мы продолжали следить за директором и за бабой Нюрой. Днем они пересекались только не минутку. По ночам же продолжали свои скотские оргии, причем кувыркались не только с козой, но и с курицей и со свинками и даже друг с другом.
Во время наших наблюдений мы заметили, что баба Нюра не любит жаб. Точнее даже - ненавидит. Как-то раз мы работали у нее в подсобке (спецом туда напросились, чтобы подготовить себе наблюдательный пост) и она, услыхав кваканье, как-то резко так напряглась.
- Это что же - лягушка?
- Не. Это жаба квакает.
- Жаба?! Я ненавижу жаб. Уберите это мерзкое животное, а то мне дурно сделается.
Во бля дурная! До чего же все бабы тупые - жаб боятся. Относя животное к пруду, Жегана вдруг осенило:
- Вован, а давай во время ебли им жабу подкинем?
- На хуя, - не понял я.
- Как это на хуя? Старуха как увидит жабу обосрется от страха и побежит голой на улицу. А там мы еще жаб разбросаем. Она завизжит, сбежится народ и пропалит директора!
- А если он в этот момент не ее, а козу будет драть?
- Ну так еще лучше! Все увидят, кто на самом деле в лагере живодер.
- Че-то как то все это стремно. А вдруг не завизжит? Или народ не сбежится?
- Да не сцы - завизжит, - Жеган так уверенно говорил, что я согласился.
План мести был готов. Вся операция получила кодовое название - "ночь квакающих жаб". Для ее успешного осуществления мы два дня вокруг дальнего пруда отлавливали отборных жаб и ныкали их по трехлитровым банкам, взятых из подсобки. Чтобы твари не сдохли раньше времени, мы кормили их комарами. Комаров было до хуя - всю смену идиоты из нашего отряда хуярили этих насекомых, складывая тушки в полиэтиленовые пакеты. Какой-то весельчак сказал им, что за килограмм убитых комаров дают кучу денег. Вот они и хлопали в ладоши целыми днями.
Насобирав штук двести рептилий, в основном жаб, хотя были и лягушки мы решили что этого хватит. Точнее я так решил. Жеган же для очистки совести до вечера охотился за скользкими тварями.
Ночью мы открыли наши банки и разбросали животных вокруг подсобки, чтобы бабка точно хоть одну увидела.
Сами же пробрались внутрь - местечко мы там себе до этого оборудовали.
Оргия как раз только начиналась, баба Нюра ввела упирающуюся козу. Они погасили свет, опрокинули по стакашке самогона и принялись ебаться. Мы терпеливо ждали наиболее удобного случая чтобы начать операцию.
И вот он наступил. В тот момент, когда Алексеич опять намотал себе на хуй изоляшку и принялся долбить козу, а старуха визгливо посмеиваясь держала животное за рога, Жеган метнул в них огромной жирной жабой.
Жеган был отличный метатель: тварь упала аккурат на спину козе прямо перед еблом бабы Нюры. От удара, возмущенная жаба громко квакнула и уставилась на старуху. Та чутка повтыкала в изумлении на рептилию, а потом, распахнув свою немытую пасть, истошно закричала. Я и не знал что можно так громко орать - у нас перепонки чуть не полопались - это пиздец просто как она заорала. Директор, коза и жаба онемели от ужаса и застыли как статуи. Потом жаба первой очухалась и попыталась свалить, но не успела - баба Нюра размазала ее кулаком по козьей спине и, не переставая истошно орать, бросилась на улицу. Там она тут же подскользнулась на очередной жабе и ебнулась бошкой об землю. На этом крик прекратился и наступила тишина, прерываемая редким кваканием.
Директор придя в себя, попробовал вынуть свой стручок из козы. Хуй там! От старухиного удара у рогатой скотины залипла пизда, и вдобавок отняло ноги.
- Отдай мой хуй! - орал он животному в ухо и пытался выдернуть себя из заклиневшего дупла.
Еще немного повозившись, директор не нашел ничего лучше как подхватить умирающую козу и ломануться с ней на улицу. Но там он понятное дело налетел на старуху и ебнулся, подминая под себя несчастное животное. При падении он видимо сломал себе член, потому что тоже громко заорал, обзывая уже мертвую козу пидарасиной.
К этому моменту весь лагерь, разбуженный адским ревом старухи, стекался к месту происшествия. Мы затаились с Жеганом, чувствуя скорую развязку.
Наконец, на дорожке показались бежавшие к нам повара и хозобслуга - их корпус был ближе всего к подсобке. Сзади уже маячили первые обсосы, прямо в трусах несясь и сгорая от любопытства.
- Бля, Жеган, нас пропалят конкретно!
- Не сцы Вован. Им щас не до нас будет.
И точно. Не добежав двадцати метров, чуваки из хозобслуги повалились, поскользнувшись на разбросанных жабах. Судя по истошным крикам сзади, обсосы тоже угодили в западню. В образовавшейся каше мы с Жеганом удачно выскользнули из подсобки и слились со своим отрядом, по типу только прибежали.
Вскоре весь лагерь обступил подсобку, в охуевании уставившись на веселую панораму.
Перед самой дверью в сарай прохлаждалась баба Нюра, на ней лежал постанывая голый директор с насаженной на член дохлой козой, а вокруг ползали сотни полу раздавленных жаб и лягушек. Кстати, при виде последних многие из баб подняли поросячий визг.
Наконец приехала вызванная кем-то "скорая" и ментовка. Всех разогнали по отрядам, а тела извращенцев погрузили в машину.
Через три дня лагерь в срочном порядке закрыли. Мы с Жеганом довольные вернулись домой.
- Ну чего, как отдохнули сынки? - спросил нас встречающий папаня.
- Нормально. Только скучновато там в этом лагере. И директор живодером оказался.
- Да уж. Мне все рассказали - ужас какой. Вы то не проказничали там? Не курили?
- Не. Все нормально. Мы с Жеганом самолетики клеили и на дискотеки ходили.
Больше я в пионерских лагерях и не бывал. Ну его на хуй такую пионерию. В деревне четче и веселей. И скотину некто не ебет между прочим. А месть, что и говорить, грамотная получилась!
Инженер
Я закончил с горем пополам одиннадцать классов, и мне предстояло определить свой дальнейший путь. Папка сказал, что в мои годы он уже пахал, как лошадь, а я - разпиздяй и тунеядец. Еще он добавил, что замучился тянуть на своей шее шестнадцатилетнетнего меня, терпеть непослушание и тому подобное. Если исходить из факта, что я пойду учиться дальше, то уезжать из дома предков мне следовало по-любому, так как полгода назад мои родители переселились из нашей городской квартирки в загородный коттедж. В итоге, папка согласился оплачивать мне прожиточный минимум, отправив жить в нашу старую квартиру.
Я не протестовал особо. Я давно мечтал ощутить свободу, дух коей сладок и приятен. В общем, я немного обрадовался, что теперь-то я могу действительно жить, как хочу.
В первые дни я правда почувствовал свободу: устраивал у себя тусовки всяким долбоебам, что среди знакомых есть великое множество, ебал различных баб и бухал круглые сутки. Но потом наскучило.
На самом деле стало не только скучно, но и деньги кончились. Минимум, который мне выделил папа, оказался действительно минимумом, пришлось кардинально менять взгляды на жизнь. Свобода некоторым образом сковала меня по рукам и ногам.
Вторая очевидная неожиданность пришла вскоре - я провалил к ебеням вступительные экзамены в институт. Папка бы очень рассердился, узнав об этом, но я сказал, что меня чудом взяли на обучение. "Молодец, сынок! - обрадовался он, хлопая меня по спине. - Даже платить не пришлось! А в школе-то тебя за уши все время тянули, кому конфеты, кому электрочайник! А теперь... Ух, молодец! Инженером будешь?"...
Но денег папка не выделил все равно. А без них как-то скучно - очень хочется кушать, блять. В первые дни свободы я проебал добрую половину месячного дохода - я чуть не обосрался с горя, когда заметел убытки. После этого я начал интенсивно искать способы получения денег, ведь где-то люди берут бабки, не утруждаясь? Первым, к кому я решил обратиться, был бомж Вассилий, носивший забавную и потешную кличку Говно.
Мы с моей подружкой Иркой раньше часто слушали его рассказы об удивительной и полной красок жизни коренного бомжа, и вот, мне снова стало интересно пообщаться с ним. Говно, как и Карлсон, жил на крыше. На чердаке какого-то там дома с квартирантами, такими же как и он - российскими Карлсонами. Сам он тусовался на помойках, собирал бутылки, а вечером бухал самогон со товарищами. Говно поведал мне о том, что на самом деле деньги можно получить даром на помойках и ночных улицах. Надо только знать злачные места. Когда люди бухают, а делают они это довольно часто, они теряют очень много: сумочки, кошельки, мобильники, надо просто знать место и время веселья.
Если быть честным, то мне верилось с трудом, что таким образом можно получить деньги, но в доказательство обратного бомж продемонстрировал мне несколько стодолларовых купюр лежащих в кожаном лопатнике.
- Ни хуя себе... - зашевелил я губами.
- Ну это я еще месяц назад нашел... Русские-то прожрал уже, а эти фантики остались, не знаю, чего с ними делать даже...
- Так иди в банк, обменяй...
- В банк... Там сразу почуют неладное... Да и паспорта у меня нет... А к менялам идти тоже бесперспективно - деньги отнимут, да еще и пизды дадут.
- Слышь, а где твой паспорт-то?
- Да, - российский карлсон махнул рукой, - пропил. Пришли как-то ко мне, говорят, давай паспорт меняй на три литра сэма. Ну три-то литра! Да и еще моя очередь была ставить в каморке-то нашей... Ну поменял, Господи. Ума до сих пор не приложу, зачем им паспорт мой понадобился-то...
- Бля... Ну ты, Говно, даешь... Как же ты щас без паспорта-то? Щас без паспорта - никуда. Ты че, так и будешь жить? Неужели не хочешь в люди выбраться?
- Да... куда щас выберешься-то... - Говно снова махнул рукой.
- В общем, дурак ты, Говно. Давай больше не дури. И давай мне баксы сюда, все равно без пользы лежат, так потеряешь еще, - и я состряпал самое доброе выражение ебла на свете.
- Эвон, чего удумал...
- Давай, хули, я тебе плохого еще ничего не делал. В общем, если ты хочешь стать человеком, то отдашь мне эти деньги. А человеком стать ты можешь. Ломоносов пешком в Москву пошел - и стал. Понимаешь? Пешком в Москву, блять!
Говно тогда отдал мне деньги. Хуй знает почему. Он, вероятно, читал про Ломоносова еще в советские времена. Наверное, поэтому отдал.
...
Обмен валюты
Те шестьсот долларов, которые одолжил мне русский Карлсон, я положил в коробочку и вывел на ней красным фломастером: "Говняные деньги". Это был стартовый капитал для получения большой суммы, способ коего я еще не придумал. Я поклялся сам себе, что не возьму из "Говняных денег" ни копейки, пока не разработаю план быстрого и легкого заработка. Клятву я не сдержал. Уже на следующий день я достал одну стодолларовую бумажку из коробочки и пошел на рынок, чтобы обменять. В смысле, пошли.
Дело в том, что раньше иметь дело с рыночными менялами мне никогда не приходилось, поэтому я весьма серьезно отнесся к рассуждениям Говна. Не то чтобы я очень боялся, но остеречься все-таки счел необходимым и решил взять с собой кого-нибудь понадежнее, чтобы не схлопотать излишних пиздюлей и не потерять денег. Я поделился идеями с Иркой (ее я уже тогда планировал задействовать в легком заработке, план которого еще не был составлен). Вдвоем идти к менялам мы тоже не отважились, но Ирка впервые в своей жизни проявила смекалку и находчивость. Когда мы сидели на лавочке, пришедшие к грустному выводу, что нужно брать кого-то еще, Иркины глаза вдруг заблестели, и она указала пальцем на толстую морду, высунувшуюся из окна первого этажа соседнего дома. Геннадий.
Если вы читаете с самого начала, то, наверное, помните, я вам рассказывал про двухсоткилограммового больного - ебанутого на всю башку. Так вот, эта безумная мысль мне ужасно понравилась.
- Короче, - начал я высказывать план действий, - твоя задача контролировать Геннадия. Задача номер один - мы доводим его до рынка, задача номер два - мы втроем подходим к меняле, и я меняю деньги. Задача номер три - мы отводим Геннадия обратно. Ну как?
- Замечательно.
- Ты справишься с Геннадием?
- Ясный хуй.
- Тогда вперед!
Ирка подошла к окошку, из которого выглядывал Геннадий, и беззаботно спросила:
- Гена, хочешь грушку?
- Г... Грушку, - немного смутившись переспросил он, потом подумал и добавил, - Грушку?
- Грушку.
- Груушку, - наивно закивал головой Геннадий, полный счастья.
- А пять грушек хочешь?
- Груууушку! - еще больше обрадовался он.
- Ну пошли на базарчик сходим, там тебе дадут грушки.
- Базарчик?
- Базарчик. Там есть грушки.
- Лена? - Жалобно произнес Геннадий.
- Лена? - переспросила Ирка, на которую, видимо, негативно подействовала подобная беседа. - Ааа... Лена, сестра твоя... Так она разрешила идти тебе на базарчик с нами за грушками.
- Лена на базарчик? - Геннадий состряпал на лице страшную гримасу, по которой было видно, что он впал в раздумья.
- Давай, Гена, выходи, ты же хочешь грушку?
- Хочу грушку, - ответил Геннадий и отошел от окна.
- Ну чего он? - спросил я, когда Ирка подошла.
- Да, не знаю. Его Ленка, видать, пиздит палкой, теперь он без ее разрешения - никуда. Так его не... - Ирка не успела договорить, из подъезда уже показался Геннадий и, наивно уставившись на Ирку, в очередной раз спросил:
- Грушку?
- Грушку, - все так же беззаботно ответила Ирка и сильно ёбнула меня по плечу, - пошли!
Геннадий пришел на рынок весь в распоряжении Ирки. Казалось, если бы подружка моя сказала: "Иди пиздани вон ту продавщицу по башке, забери у нее все деньги и возьми грушку", то он бы незамедлительно исполнил приказ. Но нам предстояло всего-навсего поменять сто баксов.
Сразу скажу, что Геннадия мы взяли напрасно, так как рассказы Говна о суровых менялах оказались обычными предрассудками пессимизма. Среди менял стояли даже такие, кто сам очень боится получить пизды, а следовательно - до говна и ужаса честные и справедливые люди. Деньги я менял у одного такого; позади меня стояла Ирка и приговаривала нетерпеливому Геннадию: "Сейчас этот дяденька отдаст Саше деньги, и мы пойдем за грушками. Сейчас этот дяденька отдаст Саше деньги...", а когда Геннадий бросил недоверчивый взгляд с гримасой "задумчивости" на того, кто замедляет путь к грушкам, меняла очень смутился и даже слегка нассал.
Когда поменяли баксы, Ирка попросила деньги для груш. Я вручил ей полтинник, а пока Ирка покупала фрукты, мое внимание привлекли лохотронщики "Кручу-верчу", те, которые с поролоновыми шариком и стаканчиками. Но тут случилось то, чего не ожидали ни мы с Иркой, ни сам Геннадий, и уж, тем более, ни санитар психиатрической больницы "Желтый домик", Петя Зайцев, пришедший на рынок за хлебушком, чаем и бичпакетом "Дошерак".
У Геннадия, как оказалось, феноменальная память на лица, так что он узнал в Пете санитара столь любимого дурдома сразу же и набросился на него, даже особо не поразмыслив над вопросами морали. Сначала Геннадий повалил своего врага, а потом лег на него, и Петя Зайцев ужасно затосковал, ощущая на своем лице тяжелый груз в виде жопы Геннадия. Но тосковать он начал рано. Когда санитара оставили силы, Геннадий стал метать его в стену магазина, как молот,- брал за ноги, раскручивался и отпускал. Последний раз Геннадий метнул санитара так удачно, что тот пробил башкой окно и оказался внутри магазина .
- Бляяя... бежим от сюда на хуй! - напористо шептал я Ирке, схватив ее за руку, увидев, что Геннадия окружила толпа зевак. - Щас мусора прибегут уже!
- Гена! - крикнула Ирка, когда обладающий необъятной харизмой Геннадий уже собрался идти в магазин, чтобы добить санитара. - Вот, яблочки, тьфу, блядь, грушки, иди, бери, бежим нахуй отсюда, пожалуйста!
Гена послушался. Я вообще думал, что Геннадия уже ничего не остановит, и санитар обречен... Мы ёбнули со всех ног. Я, за мной Ирка с грушками, за ней Геннадий. Что стало с санитаром Петей, не знаю, но думаю, что снять случившуюся сценку в "Ералаше", под конец которой санитар, весь в крови и соплях, еле-еле опирается на локти и произносит: "Ни хуя себе, сходил за хлебушком", было бы не очень гуманно.
Кидалово
Вечером того же дня я сидел дома за компьютером, пытаясь найти в интернете какие-нибудь советы или соображения на счет заработка. Пусто. Вдруг я вспомнил то, что меня заинтересовало на базарчике еще до того, как Геннадий напал на бедолагу санитара. Лохотронщики! "Кручу, верчу - наебать хочу!", "Вот полный, вот пустой, где шарик золотой?" В пизде, блять!
Ведь лохотронщики на самом деле зарабатывают неплохие деньги всего лишь на обмане. Да и вообще я не мог понять, ведь если все знают, что "Кручу-верчу" - обманщики, кто же тогда играет с ними? Неужели народ до сих пор настолько неграмотен, что позволяет кормиться таким аферистам? Я решил посмотреть со стороны, как же все-таки приплывают к ним деньги.
Пошел на следующий день. Кручу-верчу оказались на месте: на квадратной картонке крутил-вертел стаканчики мужик в спортивном костюме; вокруг него столпились человечки разных возрастов и полов. Все напряженно следили за стаканчиками, после чего либо радовались выигрышу подставного, либо слышались рыдания и мольба вернуть обратно деньги или золотые сережки, на что все участники сочувственно пожимали плечами и произносили: "Сама проиграла" или "Раньше надо было думать".
Скажу сразу, что шарик человеку с нормальным зрением и реакцией уследить довольно просто, и "Кручу-верчу" моментально прогорели бы без жульничества. Я скромно пристроился сбоку толпы так, чтобы мне были видны все манипуляции катало, но сам я оставался неприметен. Так вот, я принялся следить за шариком. Вот выиграл какой-то бугай - сразу видно, что подставной. Шарик действительно находился там, где надо. Вот баба играет. Вот она уже проебала, слепая какая-то, сама не туда указала. Катало поднял стаканчики - шарик снова оказался там, где и должен быть. Никакой наёбки? Но баба не расстраивается - играет дальше. Вот стаканчики завершили движение, и шарик по законам физики и всех других наук точных должен лежать с моей стороны, то есть ближний ко мне. Эта дура говорит: "В этом" и указывает на стаканчик, стоящий посередине. Совсем тупая, подумал я. Катало поднял средний стаканчик - там правда хуй, и спросил:
- Ну где шарик?
- Теперь... хуйегознает, - едва зашевелила баба губами и вопросительно оглядела всех, но все тоже только пошевелили губами - не знают.
- Да вон там он, сто пудов, - не удержался я, показывая на ближний ко мне стаканчик.
- А хуй его знает, - робко произнесла она уже вслух.
Тут ко мне повернулся катало и спрашивает:
- Здесь?
- Да не, я не игра... - начал, было, отнекиваться я, и тут случилось самое интересное. Какой-то добрый дядька, стоящий с другого бока, резко нагнулся и поднял дальний от меня стаканчик, продемонстрировав тем самым, что там пусто, а потом поставил стакан на место; все это находилось вне поля зрения катало, так как он повернул свое лицо в мою сторону. Стаканчик посередине уже был вскрыт женщиной-лохом, следовательно, шарик имеет право находиться только в ближнем ко мне стаканчике.
- Ну, а че ты не играешь, вот, восемьсот рублей на кону, - и катало нежно ткнул мне в ебальник пачкой пятидесятирублевых купюр. - У тебя две сотни есть?
- Давай, играй, давай! - оживились добродушные игроки, поддерживая меня веселыми репликами. - Порви им жопу!
- Ну есть у меня двести рублей.
- Покажи, а то вдруг обманываешь, - обиделся катало.
Я скрепя сердце достал из кармана двести рублей, подтвердил свой выбор - ближний ко мне стаканчик, катало торжественно поднял его и... Там - пусто!
- Проебал ты, братишка, проебал, - с грустью приговаривал катало, забирая у меня деньги. Получилось это у него довольно ловко: он вывернул мою руку в запястье так, что я даже заорал и рука сама отпустила бумажки. В течение минуты я не мог произнести ни слова.
Катало резко поднял третий, "оставшийся" стакан, из которого и выкатился злосчастный, ёбаный шарик. Из того самого стаканчика, который поднимал добрый дядька, если вы все еще не въехали.
- Да вы... Да я... - завопил я в отчаянии. - Да он, блядь! - я хотел уже показать того доброго дядьку, который поднимал "пустой" стаканчик, только след его уже простыл, - Да он был тут... Такой... Он это... Он...
- Пидорас? - Пытались помочь мне присутствующие.
- Тот еще пидорас! - отчаянно пошутил я.
Домой шел я грустный. Только тогда я понял, что произошло на самом деле. Меня дешево наебали.
Играли на меня почти с самого начала, по крайней мере с того момента, как начала угадывать баба. Сначала мне дали понять, что баба - дура. Потом меня заставили поверить, что обманываю я, а не меня. Ну и трагичный финал. И главное - все у них расчитанно: положение стаканчиков, мое поведение, да и вообще - всё!
В этот же день я купил себе пару книжек об искусстве обмана и вплотную занялся его изучением. Кинули меня, как было сказано, дешево, махинация расчитанна на банального лоха, который пришел с женой на рынок и тихонько пристроился сбоку, глянуть на то, как обманывают людей, пока жена рассматривает чайники, хуяйники, миксеры или даже хуиксeры. Стоимость аферы на самом деле не двести, а сто пятьдесят рублей.
Знайте, я мог смело опустить рассказ о том, как меня позорно кинули "Кручу-верчу", и сразу перейти на следующую главу, но все-таки скрепя сердце я описал этот случай. И это только для вашей пользы, уважаемые читатели. Надеюсь, теперь вы сделаете все нужные выводы и никогда в жизни не подойдете к этим ёбаным "Кручу-верчу".
...
Православная церковь Белых Братьев, ночной клуб "Революшн" и ВИА "Волчьи зубы"
Десять лет назад семнадцатилетний Юра Стрельцов со своими товарищами организовали рок-группу "Волчьи зубы". Музыканты играли дома у одного из членов группы, что весьма неудобно, да и из инструментов было только одна электрогитара и одна акустическая, - в общем, группа почти не развивалась. Но музыканты не отчаивались и даже не потеряли веры в себя.
Юра жил в одной квартире с мамой и бабушкой. И вот однажды Юрина бабушка скончалась; эксперты установили причину смерти - инфаркт. Когда семидесятипятилетняя старуха смотрела телевизор, у нее остановилось сердце. Истинную причину инфаркта Юра узнал уже после того, как бабку похоронили.
Старуха любила играть в лотерею Русское Лото, и вот, в тот день она, как всегда, зачеркивала на своей карточке числа, смотря передачу, как вдруг... Бабка выиграла. Если бабка взяла не джек пот, то тогда хуй знает что - выигрыш составлял триста тысяч рублей, что по тем временам - не хуй собачий, простите за каламбур. Бабулю мигом схватил Кондратий, и деньгами завладел внучек, обнаруживший билеты спустя неделю.
В общем, Юра арендовал для группы помещение на десять лет, которое раньше было не то кинотеатром, не то чем-то другим. Также Юра купил недостающие инструменты, а оставшиеся деньги просрал за неделю со товарищами - яро бухал и деловито ебал сисястых баб. Но потом начались суровые будни.
Юре ежемесячно приходили всякие счета из-за нового помещения, причину которых он не понимал, но платить все равно приходилось. Юра затосковал, но потом пришла в голову идея: организовать дискотеку "Революшн". Юра кое-как нашел спонсоров, которые одолжили ему денег для начала, сделал рекламные брошюрки, и дело пошло. Юра даже наладил контакт с одной бабкой - Анюточкой, которая стала поставлять в "Революшн" паленую водку и самогон. Дискотека стала излюбленным местом подростков и ПТУшников.
Но и тут Юра не избежал проблем. Первая проблема: частые разборки между подростками. Ребята били друг другу ебальники с каким-то особым энтузиазмом, и после каждой дискотеки Юру посещали люди в формах. Да и Юре самому было страшно получить пиздюлей от невменяемых ПТУшников, поэтому он решил, что надо что-то делать. Вторая проблема: рэкет. К Юре пришли пацаны в кожаном и предложили делиться. Не будь совсем дураком, Юра согласился, но делиться было действительно нечем.
И тут, слава Кришне, появились спасительные Белые Братья - сектанты. Они арендовали помещение на вечернее время и платили неплохие деньги, так что Юре хватало на налоги "братков", которые с легкостью разгоняли дерущихся ПТУшников, и на обеспечение самого себя.
И вот, теперь на том самом здании висели три таблички, гласящие :"Православная церковь белых братьев","Ночной клуб Революшн" и "ВИА Волчьи Зубы". Церковь - так называли все секту. Слово "секта" почему-то считалось как ругательное, а на стенде даже подписали слово "Православная", чтобы уж совсем было хорошо. Вероятно, из таких же соображений дискотека "Революшн" именовалась как "Ночной клуб", а "Волчьи Зубы" как ВИА.
Вы, уважаемые читатели, вероятно, думаете, зачем я это все рассказываю. Так вот, выискивая оригинальные способы обмана, мы с Иркой наведались в эту секту. Наёбывают там, если быть честным, банально: когда члены секты в сборе, по кругу пускают деревянный бочонок, в который члены кидают деньги для нужд белых братьев. Обмана в этом по сути-то и нет, за исключением того, что некоторые подставные кидают довольно крупные купюры, так что остальным кидать мелкие неудобно перед белыми, как сука, братьями своими.
Вход в секту - свободный, так что мы с Иркой без проблем зашли туда и присели в последнем ряду. Самый главный начал спрашивать у всех членов, кто зачем пришел. Кто-то пришел каяться, кто-то очиститься, кто-то исповедаться.
- А вы зачем пришли сюда, ребята? Неужто что плохое совершили? - спросил нас добрый голос специфическим слогом, то ли хореем, то ли хуй знает каким.
- Сестру мою вон ту зовут Ириной, - начал я еще до того, как Ирка открыла рот, - она убила котика нечайно. Теперь скорбит она и ждет прощенья, и кается она совсем уж очень.
- Убийство есть страшнейшее деянье, - ответил сектант после небольшой паузы, - будь то хоть кот, будь то хоть кто угодно. Вы расскажите мне, как было дело, а я совет вам дам, что делать дальше.
- Кот плутом был ужасно искушенным,- заговорил я, снова подражая сектанту, - и со стола в тот день украл он рыбу. Он с ней во рту залез на подоконник, и жрал ништяк один, как сучья крыса. Ирина ему ёбнет в наказанье, а котик тот возьми и пизданись, бля. С девятого же, сука, этажа аж - хуя себе, парашютист нашелся. И по пути же, сука, зацепился ебалом за железную решетку. И к ебеням башку так оторвало, что крови было очень дохуища. Зачем же было брать чужую рыбу, а после находиться у карниза, когда окно на улицу открыто, и ёбнуться огромна вероятность?
Исповедь наша не прошла цензуру, и нас с позором выгнали из секты. Ирка решила нассать в туалете, находящемся все в том же помещении, но через пять секунд она выскочила оттуда, уже другая - глаза ее блистали звездами, а на щеках появился румянец.
- Там... Там... - Замямлила она.
- Что там? Ебутся?
- Да.
Там ебался Юра Стрельцов. Он ебал Ванессу Орлову, жену Гены Орлова - самого преуспевающего бизнесмена в нашем районе, который живет в моем подъезде этажом выше. Сенсация! Хуй волчьего зуба в Ванессе Орловой! Жену аристократа ебут в сортире секты! Все мудаки!
Ночью я не мог заснуть. Впервые в моей ёбаной жизни меня мучила бессонница. В голове колесом крутились мысли; снова и снова в ней пульсировали слова: "Бабки", "Обман", "Халява" и, конечно же, "Ванесса Орлова". Что можно заработать денег при помощи Ванессы, сообразил я почти сразу. Денег у них в семье - хоть жопой жуй. Только каким способом их добыть? Первым, что лезло в голову, был банальный шантаж неверной жены, но этот план я отмел из гордости сразу. Второй способ: можно рассказать мужу о похождениях Ванессы и получить награду. Этот план я отбросил не только из гордости, но еще из-за уважения к себе и наличия дольки совести.
Скажу я вам, уважаемые читатели, что бессонница - есть штука очень хуёвая и неприятная. В три часа ночи я встал с кровати, взял лист бумаги и попробовал выложить на него все свои мысли. Получилось. Я написал две строчки, после чего вырубился, как младенец. Если вас мучает бессонница, попробуйте сделать то же самое - напишите на бумаге все ваши мысли. Там-то вы увидите, что это одно или два предложения, которые ебут ваш мозг, крутясь колесом; таким образом вы избавитесь от них и спокойно уснете. Наверное.
Утром я проснулся, почистил зубы, умыл лицо с жопой и сразу же сел за перо, чувствуя себя Остапом Бендером во плоти. Уже через час новый способ отъема денег был изложен на бумаге во всех тонкостях и подробностях, и я, довольный собой, со спокойной душой пошел какать.
...
Слуга Люцифера
Первая часть моего плана именовалась как "Слуга Люцифера". Как выдумаете, кто был слугой? Не кто иной как Ванеса Орлова. И сначала нам предстояло убедить ее в том, что она именно слуга Люцифера. А не, например, какого-нибудь другого знаменитого пидораса.
Ответственным за убеждения изначально являлась Ирка, но потом пришлось часть работы взять на себя. В план входили разнообразные рисунки на стенах площадки Орловых, но Ирка не обладала талантом художника: нарисованный ею круг Люцифера больше походил на пизду покойника. Письма от лица Люцифера, которые оповещали о том, что Ванесса отдала свою жопу, а вместе с ней и, естественно, душу дьяволу, связав себя с одним из слуг Люцифера - Юрой Стрельцовым, пришлось писать тоже мне. Ирке же доверили лишь пыхтеть в телефонную трубку.
После того, как Ванесса получила первое письмо и первое Иркино пыхтение из автомата, мне пришлось идти на дело - рисовать. Если быть честным, рисовать я не любил никогда, несмотря на то, что делал огромные успехи в младших классах в этой области. Скучно очень. Но рисовать пришлось, причем рисовать ночью, когда все нормальные и порядочные мудаки спят - ужасно скучно.
Я поднялся на площадку Орловых с суровым ебальником Сильвестра Столоне и приступил к работе.
Сначала я нарисовал круг Люцифера. Когда закончил с кругом, я уже хотел идти домой, но что-то меня потянуло за яйца, и я нарисовал еще один рисунок рядом - третью чакру. Потом взглянул еще раз на общую картину и для полной симметрии добавил в нее черным маркером гигантский старо-китайский иероглиф Дао. Всё.
Первый цвет нашей работы мы получили на следующий же день. Где-то часов в двенадцать дня из подъезда донесся отчаянный крик одной добродушной соседки тети Нюры: "Скорую, блядь!!!"
Скорую, конечно же, никто не вызвал, но зато в подъезде начал скапливаться народ, который принялся ревностно помогать тете Нюре: "Вызовете скорую!" Люди обступили Ванессу Орлову, которая лежала на площадке в глубоком обмороке, и кричали о помощи. Через десять минут подъезд был забит жителями чуть ли не со всего дома и теми, которые просто проходили мимо, все активно принимали участие - орали: "Скорую сюда!", попутно интересуясь друг у друга:
- А что случилось-то?
- Да хуй его знает, если честно. Скорую, и не ебёт!!!
Ноль три набрал я.
...
Анонимное агентство инквизиторов
Итак, все шло по плану. Если быть честным, я даже не ожидал, что Ванесса таким образом отреагирует на мои художества. Кстати, на следующий день Ванесса пошла к местной гадалке; вряд ли она рассказала ей всё, хотя не знаю. Но факт тот, что гадалка, видите ли, уважаемые читатели, не сумела помочь Орловой.
Значит, она поверила и очень теперь боится, а следовательно, она - в наших руках. Ирке было наказано звонить Ванессе ночью и класть сразу же трубку, независимо оттого, кто ее поднимал. Главное, чтобы очко Ванессы периодически сжималось.
А нам предстояло готовиться ко второй части плана, которая называлась: "Анонимное агентство инквизиторов". С Говном в главной роли. Я пригласил Говно к себе, и объяснил ему новую должность.
- Ты говно, - говорю, - будешь главным борцом с нечистой силой. Сможешь?
- Чего?
- Бабок хочешь заработать?
- Ну.
- Ну вот смотри...
Говно следовало, конечно же, подобающе одеть. Я предпочел нарядить его в классическую одежду: пиджак, галстук, брюки, несмотря на то, что Ирка настаивала на экзотике - больше всего ей нравился наряд монахов Шао-Линя. Говно заставили хорошенько помыться, побриться, почистить зубы, после чего мы целый день шлялись по магазинам и рынкам, в поисках подходящей одежды. Нашли. Говно в черном пиджаке выглядел весьма шикарно, правда его надо было постричь, что Ирка и сделала. Так как стригла она человека впервые, то стрижка получилась весьма оригинальной - налысо. Говну купили шапочку.
Еще одна задача: нам нужно было снять "офис ААИ". Так как из "говняных денег" осталось всего двести баксов, то снимать мы особо не торопились - не было известно, как сложатся обстоятельства. И самое сложное - нужно было соединить Ванессу Орлову с агентом инквизиции. А потом уже содрать с Ванессы бабки самым легальным способом - за спасение души и, главное, жопы.
...
Корни Циихууалиини
Операция "Анонимное агентство инквизиторов" прошла успешно.
Свел Ванессу с агентством я - просто бросил письмо в почтовый ящик с рекламой. Рассудил, что даже если муж Ванессы увидит брошюру Анонимного Агентства Инквизиторов, то сочтёт ее за религиозную пропаганду.
Далее мы уже контактировали с Ванессой через интернет - на брошюре стоял е-мэйл нашего скромного агентства, так что договориться о встрече не стоило особых усилий.
Встреча Ванессы с надрессированным Говном тоже прошла без особых промашек. Надо сказать, что обстановка офиса нашего агентства заставила бы уверовать даже самого убежденного коммуниста: в комнате царил запах благовоний и сломанного толчка (офис сняли самый дешевый), на совдеповских обоях висели православные иконы и загадочные, но обоссанные котятами тряпки, которые мы нашли в сундуке у Ирки дома, а уши наполнял приятный звон китайских колокольчиков. Колокольчики очень рекомендовали древнекитайские ученики Фен-Шуй для гармонии в доме. Купили их мы на рынке. Продавец, истинный приверженец Фен Шуй, тоже очень нахваливал колокольчики с присущим многим последователям древнекитайского учения акцентом: "Дарагой, бэри калаколчэк, званэть будэт, сматри как харашо..."
Сам диалог Ванессы с Говном длился где-то полчаса.
Говно поведал бедняжке о том, что случай очень серьезный, но средство есть. Для искупления души, ей нужно всего-навсего выпить отвар из корешков святого горного кустарника Циихууалиини. Проблема вся в том, что Циихууалиини был занесен в красную книгу еще до появления письменности, а теперь его в природе вообще не осталось. Когда уже Ванесса начала падать в обморок, Говно вдруг вспомнил, что корешки горного кустарника можно найти у грузинских фей, правда они потребуют за эту небольшую плату в условных единицах - деньги пойдут на благотворительность: спасение бездомных детей Беслана. Всего-навсего десять тысяч баксов.
Спустя неделю мы получили деньги в обмен на коробок анаши и инструкцию по приготовлению отвара. Деньги разделили поровну.
Муки гения
Ночью многим в нашем районе не спалось. Причиной тому послужила не ужасная жара, тем более был октябрь, и не вой ебанутых собак на луну, а не что иное, как дикий смех неверной жены бизнесмена, раздающийся на весь район. Истерический, он пугал по всей округе кошек, заставлял заткнуться собак, принудил обосраться и улететь из района всех ворон и даже воробьев, удивлял обдолбаных наркоманов, будил по кустам алкашей, напугивал местных сексуальных маньяков, забавлял загулявшихся подростков, вводил в недоумение местных бомжей, сбивал с ритма ебущихся в машинах влюбленных, и влюбленных, не в машинах ебущихся. Много кто не смог уснуть в ту ночь. Я тоже не смог, но по другой причине.
Бессонница. Бессонница мучила меня во второй раз в ёбаной моей жизни. Я пробовал свой метод - написать мысли на бумаге, но не помогало. Мыслей не было. Какое-то неприятное ощущение просто или дискомфорт, да еще в хлам убитая отваром Ванесса ржет, как пизданутая. Часа в три ночи, смирившись с мыслью, что спать мне не светит, я решил выйти на балкон - проветриться. Вдыхая тухлый воздух городского центра, я ощущал, что мне становиться хуже и хуже. Раздался смех Ванессы.
Понял я причину своего самочувствия, когда подступила тошнота, а по телу начала бежать растущая в амплитуде дрожь. "Брлуеееее" - зелёная блевотина, напоминающая формами изображения картинок Анны Ивановны, выплеснулась наружу. Становилось еще хуёвей. Тело сводила судорога, и, немощный, я упал на колени. Брлуеееееееее. Жизнь моя неслась перед глазами, почему-то серая жизнь. И всё спрашивало меня: "Для чего ты это сделал?" Оно говорило мне "Какого хуя и почему?" И тоже: "Зачем?" Муки гения, продавшего свой талант, страшные муки. Муки не физические, но моральные.
Ванесса снова закатилась в истерике.
"Чего ты наделал?! - спрашивал я сам себя. - Ты продался, как потная шалава - за дёшево! Что будет теперь? Ты лишишься всех своих талантов и сольёшься с массой одинаково серых ублюдков. Ты - обманул Бога, глупец! Участь твоя определена - ты сгниёшь, как подвальная крыса, никому не нужный. Ты сам выбрал свою судьбу. Она ждет тебя, дружок. Возмездие рядом. Зиг хайль, мой маленький еврейский приятель, ты уже выкопал себе ямку? Молодец.
Стоя на коленях, корчась от судороги и кашляя из-за едкой, скопившейся в горле блевотины, я каялся под смех Ванессы. Какой хуйни, уважаемые читатели, я только ни нёс в ту ночь.
Эпилог
Спустя неделю на имя Ванессы Орловой пришло письмо от ААИ. В конверте лежали мои три тысячи долларов и записка, которая уведомляла о том, что из-за массовой смерти бездомных детей Бесслана расходы на них уменьшились, и всем участникам благотворительной акции "Лучшее - детям Бесслана" высылаются непотраченные деньги.
Письмо получил муж Ванессы, а поскольку он отправил жену на обследование в Желтый Домик (это после того, как ему рассказали, чем занималась ночью Ванесса), то он самостоятельно его вскрыл. Когда Гена Орлов прочел письмо, и подумал, что его жена занимается благотворительностью, он позвонил в психушку, и сказал, чтобы Ванэссу закрыли там навечно.
Говно, после того как мы поделили деньги, сразу же съебался за самогоном или водкой, но так и не вернулся. Его нашли через полторы недели дворники на соседском пустыре с ножом в жопе. Не знаю, были ли это грабители, сектанты, скинхеды или братья-Карлсоны, но Говно зарезали.
Ирка забеременела через месяц от какого-то наркомана, и больше я с ней не встречался. Ходили слухи, что она съебалась из дома, а потом сделала себе аборт. Бабки могут пиздеть разное и даже такие совершенно нелогичные вещи, так что к аборту я отнесся как к просто слухам.
Мне же выпала участь более оригинальная.
Я через год женился, сразу после того, как мне ёбнуло восемнадцать. С женой мне очень повезло, даже не деньгами, которых у ее родителей, а, следовательно, у нее, просто до хуя, а именно с ней самой. Перед свадьбой я радовался, как хуй знает, не поверите, кто. Я всем кричал, что наконец-то я добился того, о чем мечтал всю свою ёбаную жизнь. Что это всего-навсего экономическая независимость, полная свобода и близкий, любимый человек рядом. И вот оно - сбылась единственная мечта - мне ничего больше не надо. Тогда еще я не подозревал, на сколько это правда.
Мы любим друг друга. Мы живем вместе в собственной трехкомнатной квартире с евроремонтом, джакузи и другой хуетой. У меня есть машина - форд мондео девяноста девятого года выпуска, а у нее - фолксваген. Мы не работаем. Мы ездим каждые три месяца на курорты или в разные ебанутые страны, там фотографируемся то с неграми, то с китайцами, а иногда хуй вообще поймешь с кем.
Я перестал шароёбиться по улицам. Судьба не заносит меня ни в бомжовки между гаражами, ни в логова сатанистов, ни на автомобильные свалки. Мозг мой не забит грандиозными планами и другой хуйней, что была столь близка мне по духу. Мне самому ничего не хочется. Я - зажрался. Мне - до пизды. Когда я об этом рассказываю своим родителям, родственникам или знакомым, они улыбаются и говорят:"Повзрослел просто". Я же говорю: "Просто умер".
Ведь по сути от меня ничего не осталось, кроме того, что осталось в памяти. В памяти мертвого энтузиаста.
НАША ЖИЗНЬ
Колыбель. Пеленки. Плач.
Слово. Шаг. Простуда. Врач.
Беготня. Игрушки. Брат .
Двор. Качели. Детский сад.
Школа. Двойка. Тройка. Пять.
Мяч. Подножка. Гипс. Кровать.
Драка. Кровь. Разбитый нос.
Двор. Друзья. Тусовка. Форс.
Институт. Весна. Кусты.
Лето. Сессия. Хвосты.
Пиво. Водка. Джин со льдом.
Кофе. Сессия. Диплом .
Романтизм. Любовь. Звезда.
Руки. Губы. Ночь без сна.
Свадьба. Теща. Тесть. Капкан.
Ссора. Клуб. Друзья. Стакан.
Дом. Работа.
Дом. Семья.
Солнце. Лето.
Снег. Зима.
Сын. Пеленки. Колыбель.
Стресс. Любовница. Постель.
Бизнес. Деньги. План. Аврал.
Телевизор. Сериал.
Дача. Вишни. Кабачки.
Седина. Мигрень. Очки.
Внук. Пеленки. Колыбель.
Стресс. Давление. Постель.
Сердце. Почки. Кости. Врач.
Речи. Гроб. Прощанье. Плач
Черный буммер..
Широченные колеса поглощали с полсотни метров асфальта в секунду, и черный бмв оставлял позади обреченных владельцев шестерок, девяток, десяток… ” Да… пять литров под капотом - и ты король дороги!”- Саша держал руль одной рукой и упивался своим превосходством. Машина послушно разрезала теплый летний воздух, повинуясь малейшему движению руки, и он время от времени заглядывался на пейзажи, расположившиеся по обеим сторонам киевской трассы. В салоне было слегка прохладно, но именно так и хотелось Александру, где-то сзади мягко бухал бас, из динамиков неслось его любимое: “Черный бумер, Черный бумер…”. В особо эмоциональных местах музыкального произведения, он прибавлял громкость и подпевал этому замечательному человеку, так понимающему его состояние: “…вееть у мееня есть чорный бумер быстрый и шальноой…!!”.
Дорога стала намного лучше и автомобилей меньше. Саша было прижал педаль газа, на что машина ответила плавным и очень уверенным ускорением, но вдруг далеко на обочине заметил фигуру, которая, быстро приближаясь, превращалась в потрясающую блондинку, и нога сама собой потянулась к тормозу. Остановившись возле нее, он ахнул: короткая юбочка еле прикрывала великолепную попку, золотистые волосы спадали ниже плеч, а сквозь рубашку на одной пуговице проступали темные соски. Солнечные лучи скользили по ее загорелой коже, лаская потрясающую фигуру - девушка явно сгодилась бы на роль мисс месяца в журнале с соответствующей тематикой …
- До Калуги подбросишь?- голубые глаза смотрели вызывающе, а груди чуть не вывалились на соседнее сиденье.
- Конечно!- небрежным голосом кивнул Саша.
Блондинка загрузилась, попутно продемонстрировав, что трусиков у нее нету. Александр тронулся и творение баварских автомобилестроителей понеслось вперед, мгновенно набирая километры скорости.
- А меня , Катя зовут.- улыбнувшись проговорила девушка.
- Саша. Кстати, Катя - мое любимое женское имя,- покосившись на соски добавил Александр. Надо сказать, что отвечать ему было довольно трудно, так как член его уже давно давил на джинсы и призывал своего хозяина к каким-нибудь действиям.
Саша задумался, как бы поэтичней высказать новой знакомой, свои претензии на плотскую любовь, но Катя вдруг сама положила ладошку на его бедро и попросила:
- Давай остановимся.
Александр безропотно снизил скорость, съехал на обочину и повернулся к подруге. Девушка очень умело закинула левую ногу ему на плечо и Сашиному взору открылись половые губы, которые блестели призывной влагой, причем особую пикантную красоту придавала аккуратная полосочка волос, находившаяся на лобке.
- Потрогай меня, ты же хочешь, - улыбнулась Катя и , взяв руку ошалевшего Александра, потянула к себе. Пальцы коснулись складочек и мягко погрузились на немного. - Поглубже.
Саша засунул ладонь поглубже, но странное дело: несмотря на мягкость и обилие влаги в промежности, пальцы сковывал холод! Он очень удивился, но Катя командовала:
- Еще глубже! Еще!!
Александр проталкивал руку все дальше и дальше пока ему не стало что-то мешать, тогда он начал упираться ногами в дверь машины и ритмично отталкиваться от нее.
- Еще!! Еще!!!- не унималась девушка.
Сашиной руке было холодно и немного больно, к тому же дальше проникнуть никак не удавалось, собрав все усилия, он уперся в дверь машины и снова оттолкнулся…
Совсем рядом раздался скрежет, а потом глухой хлопок, одновременно с которым загремел чей-то до боли знакомый и родной женский голос:
- Сашка!!Сашкаа!!! Ты что, совсем охуел!!?!! Дверь сломал, идиот пьяный!!!
С трудом подняв тяжелую голову и туманным взором проведя вокруг, Александр понял, что лежит в собственном сортире, его правая рука погружена в унитаз, а на полу валяется заблеванный журнал “Плейбой”.
Идет заяц по лесу, в лапе косяк забитый держит, ищет место укромное, спокойное, чтобы не беспокоили и позитив не обломали. Тут на встречу волк: -Опана, Косой, а чегой-то у тебя в лапе? Аааа, Косой, так у тебя косой. И ты падла, небось, без меня пыхнуть хотел?! Короче, забрал волк у зайца косяк и упердовал. А заяц идет, плачет, такой позитив ему накрыли. Навстречу бобер. -Заяц, чего плачешь-то? -Да вот, бобер, прикинь, нес я нам косяк, думал покурим, поржем, повтыкаем. А эта падла, волк, взял у меня его и забрал. -Дааа, вот жеж сука, ну ничего, пойдем к лисе, мож она чего придумает. Приходят к лисе. Бобер: -Прикинь, рыжая, нес нам зайчик по косячку, а волк у него все отобрал. Ну не свинство? Лиса: -Дык, натуральное. Пошли к медведю. Он сильный, да и в авторитете. Мож чего и сделает. Приходят к медведю. Лиса: -Миша, фигня происходит. Нес нам заяц стакан плана, а Серая скотина у него все и забрал. Совсем непорядок. Почесал репу медведь, заценил благородство зайца. И грит: -Так, в общем-то Серому я и сам рожу набить могу, но пусть решает все лев. Приходят ко льву. Медведь: -Здравствуй, царь зверей. Тут неподобство одно вышло. Намутил заяц мешок плана, решил все зверям в лесу устроить праздник. А тут волк ему навстречу. Избил зайчишку, план отобрал, на нас всех срать хотел. _да он просто попух! - в возмущении лев. - Так, собираем сходняк зверей, будем против волка карательные акции выдумывать. Собрал он совет всех зверей, думали гадали, как волка наказать за то, что всем позитив обломал. И решили. А пусть волка отымеет стадо слонов. По очереди. Сказано - сделано. Слоны дрючат волка, волк орет от боли, звери наблюдают. Мимо волка проходит заяц и как бы невзначай спрашивает: -Ну что, серый, раскумарился?
Как-то в деревушки объявляют, что появился кощей бессмертный. И всех Пи$аразит. И позвали люди на помощь, Илья Муромитца с его Богатырями. И пошли они ловить его. Идут, идут смотрят колодец, и тут Попович говорит: - Я спущусь И посмотрю если там некого не будет я крикну оп па, и вы меня за веревку вытащите. Спускается и тут Кошей бессмертный засаживает ему, и он такой оп па. Вытащили, его он говорит здесь некого нет. Никита говорит, теперь я спущусь, Если некого не будет я тоже крикну оп па и вы сразу тените меня обратно. Спускается и тут кощей ему тоже вдувает, он такой оп па. И Те его вытаскивают, он такой там некого нет. Стоят двоем с Поповым не определяются. И тут Илья Морометц говорит: Теперь я Спущусь скажу оп-па тените меня назад. Тут он спускается и Кошей бессмертный ему тоже вдувает и Илья кричит. Оп-па, Опп-ачки Оппа-пуличьки Тените меня Назад Пи$аразы здесь некого нет!!!
В классе учительница задает ребятам задачу. - От города А до города В- сорок километров, а от города В до города С - семьдесят километров. Кто скажет, сколько мне лет? Петя поднимает руку и говорят: - Сорок восемь. - Петенька, как ты угадал? - А у нас в квартире одна тетенька живет, полупиздоватая, так ей двадцать четыре.
Три часа ночи. Муж с женой спят. Вдруг звонок в дверь. Муж, матерясь, идет открывать. На пороге стоит мужик, очевидно поддатый: - Друг, пойдем со мной, тут рядом, поможешь меня толкануть. - Ты, мужик, охренел, что ли? Три часа ночи. Иди кого-нибудь другого проси. Муж ложится опять в постель. Жена спрашивает, кто приходил. - Да, какой-то козел застрял, просил его толкнуть. Я его послал. - Ты просто зверюга какой-то. Помнишь, как у нас мотор заглох, да под дождем, и нас какой-то парень целый час толкал? Ты что, человека выручить не можешь? Муж, опять матерясь, вылезает из постели, одевается. Выходит во двор, в полной темноте. Кричит: - Мужик! Ты где? Из темноты: - Здесь я! Иди сюда! - Да где здесь? - Ну здесь, на качелях!
Идет мужчина по лесу и слышит , как из кустов доносятся возмущенные вопли : " Это неправильно !", " Это несправедливо ! " , " Давайте станем в круг ! " . Мужчина пробирается сквозь кусты и видит , как на полянке стоят "паравозиком" 28-мь ежиков и ебут друг друга в жопу, а тот , кто стоит первым кричит : "Это неправильно !", "Это несправедливо !", " Давайте станем в круг ! "...