Приколы | Страница 74

Плохой рекламы не бывает

….. - Бл..дь! Ублюдки! Суки! Уволю всех! - главврач Попенко бегал по клинике и размахивал газетой, - Засранцы! Дебилы! Иванькова ко мне в кабинет срочно! Жопу порву!
Зная крутой нрав главврача, сотрудники клиники прятались по своим кабинетам и принимались делать вид, что работают. Коридоры, и без того не слишком людные, стали похожи на бескрайнюю аравийскую пустыню, где обжигающим ветром гулял гнев начальника.

- Иванькова срочно к шефу! - протрещала администратор на ресепшне и спряталясь за стойку.
Тишина. Все мысленно сочувствуют Иванькову, руководителю отдела маркетинга поликлиники. А его нет. Еще не пришел на работу.
Наконец, маркетолог появляется на работе. Вид, мягко говоря, потрепанный. Вчера пил. Много пил.

Он сразу замечает необычные взгляды и руки, предлагающие вазелин. Не обращает на это внимания. Мало ли что придет в голову этим дурным людям? Он — гений креатива!
- Вам к шефу! - пикнула из-под стойки ресепшна администратор.
В мутном взгляде Иванькова мелькнула искра удивления: «Стойка разговаривает!», он свалил это на похмельную галлюцинацию. Тем не менее, он и так собирался к главному.
Попенко был похож на разъяренного быка. Глаза налиты кровью, из ноздрей пар. Перед ним лежала все та же газета с рекламными объявлениями.
Иваньков осторожно заглянул в кабинет.
- Аааа!!!! - злорадно заржал главврач, - Явился! Ну садись!
По специфическому запаху Иваньков понял, что шеф с утра уже накатил.
Он сел, вращая глазами и пытаясь понять причину попенковского буйства.
Смотри! - тнул шеф газету, - Ну что? Добухались?
А в газете на первой странице на полполосы светилось рекламное объявление клиники.

«Дорогие пациенты! Мы рады видеть вас в самой зачуханной и ободранной поликлинике Москвы. Только у нас — отечественное стоматологическое оборудование и материалы, почти не просроченные. Врачи-гастарбайтеры из Средней Азии без дипломов. Здесь вы получите высококачественную стоматологическую помощь без лишних переплат и затрат. Мы тридцать лет на стоматологическом рынке и за это время в нашей клинике ничего не изменилось. Осталась только старая добрая отечественная стоматология! Милости просим!»

И ниже — портрет главного врача в национальной русской рубахе с бутылкой водки «Беленькая» в обнимку. И подпись: «Ваш главврач Попенко К. П.»
- Прочитал? Скажи мне, как такая хрень могла появиться в газете? - главврач потянул руки к иваньковской шее с явным намерением удушить его.
- Ну как... Вы же это... сами одобрили... - Иваньков начал маневр ухода от рук шефа, - Вот, даже сфотографировались для рекламы!
- Иваньков, ты совсем мудак, а? Нахрена ты ко мне на корпоративе полез со своими документами? Ну и не мог я такой текст подписать! Не мог! Не помню!
- Ну, вроде сначала был нормальный текст, - маркетолог потер потный лоб, - Но вы сказали, что креатив — гавно и заставили сейчас же переписать!
- … Бл...ть!
- Ну, я и переписал, в нескольких вариантах. Дал вам на прочтение и утверждение. А вы.... вы....
- Что я?
Вы взяли, почиркали текст, вписали свои слова и закричали на меня: «Нефиг народ обманывать!». Ну и сказали, чтобы я отнес в редакцию этот вариант и вас больше не беспокоил... Я и сделал все, как вы просили...

Главный врач подошел к секретеру, достал из него бутылку виски. Поискал глазами подходящую тару и, не найдя ее, он смачно сморкнулся, приложился к бутылке и сделал несколько больших глотков.
С упорством ерша в жопе, к нему возвращалась память. И разум.
- Ох, Иваньков, Иваньков... что теперь будет! Ведь на эту рекламу только идиоты и дураки пойдут. Что теперь делать?
Тем временем, маркетолог напряг весь свой креативный мозг, чтобы хоть как-то выпутаться из сложившейся ситуации.
- Шеф, ну ведь это же хорошо!
Попенко внимательно посмотрел на своего сотрудника. Наступило молчание.
- Иваньков, ты дебил?
- Вовсе нет, шеф. Ну смотрите сами: у нас в России дураков и идиотов всегда хватало, верно? Есть даже соответствующие пословицы на этот счет.
- К чему ты клонишь? - главный нахмурился.
- А вот к чему! Если дураков больше, чем нормальных людей — следовательно, все дураки и идиоты теперь будут наши! Мало того, что мы привлечем кучу новых пациентов, так нам еще и должны будут дать орден! И налоговые льготы!
- Какие льготы? Какой орден? О чем ты говоришь? - Попенко схватился за голову.
- Орден «За Заслуги перед Отечеством»! За избавление страны от дураков! - Иваньков гордо мотнул своей шевелюрой, - Теперь все они будут кучковаться в одном месте. У нас!
Гений креатива радостно почесал руки. Воистину, рекламщики - неисправимые оптимисты!
Попенко грустно посмотрел на почти пустого «джека». Что ж, некого винить, кроме себя. Эх, пропади все пропадом! Он протянул бутылку Иванькову:
- Пить будешь?
- …

Рекламу заметили. И, как ни странно, Иваньков оказался прав — пациентов стало больше. И какие это были пациенты! Мечта любой клиники!

«Я знаю, какие накрутки делают некоторые стоматологи за интерьер, плазменную панель и чай. Я плохо вижу и не люблю чай, поэтому мне наплевать на все эти интерьеры. И я очень обрадовался, когда прочитал вашу рекламу. Петр Семенович, 67 лет.»

«Скажите, а у вас правда только советские материалы? А просроченные есть? Просто мне надо очень дешево. Вам их все равно выкидывать, поэтому может быть поставите мне пломбу, а? Евгения, 19 лет»

«Я считаю, что все дипломы в нашей стране — купленные, поэтому когда сказали, что ваших докторов диплома нет, я подумала: «Наконец-то, честные люди!» - и пошла в вашу поликлинику. Анна, 32 года»

«О, это так прелестно! Обожаю тематические заведения, это так стильненько, так гламурненько. Но вы со своей советской стоматологией переплюнули всех! Какой антураж, какая экспрессия! Браво! Эммануил, 25 лет».

«Вокруг все врут, и реклама тоже всегда врет. Вы оказались единственными, кто сказал правду. Спасибо вам! Ваш пациент доктор Хаус»

«Всегда приятно оказаться вновь в Советском Союзе и вспомнить замечательную почти бесплатную советскую стоматологию. Владимир Анпилов, 56 лет»

«Ощенма обарадовалися када увидил сваих зимлящков. Асобена Махмуды. Сипасипа! Нажип Мерсей-оглы, 20 леть»

Плохой рекламы не бывает!

Блевалово

Было это дело в славно-блядском городе N, где я работал финансовым директором на одном из водочных предприятий. Сами понимаете бухла там не меряно и никто его не считал. Вот и попивали мы водочку, отписанную на рекламные акции. Делалось это просто, коммерсы приходили к директору и говорили, что им для продвижения продукта необходимо раздать шесть ящиков водки самым лучшим покупателям. Директор, отписывал, а до покупателей доходило в лучшем случае половина. Остальное оседало в наших заводских унитазах. Но я, в общем, не о том, как жрать халявную водяру, а том, что покупатели иногда и нас, производителей, баловали всякой хуйней, в основном связанной с алкоголем, зачем не понятно, ведь этого добра у нас хватало.
Начнем с начала, в тот летний день, я как всегда в обеденный перерыв пошел подкрепиться в местный кабак, типа ресторан, который держали хачики. Ввиду того, что вчера на рекламные цели была отписана водка, то некоторая ее часть еще мучила меня. В меню был борщ, люля-кебаб, нарезка салатная, лаваш и зелень. При какой пизде в хачевской харчевне был украинский борщ я так и не понял, но сгубил меня не он, а люля-кебаб. Вместо десерта я заказал себе банку «Козела» и совместно с сигареткой ее употребил.

Вернувшись обратно в офис, я принялся за работу, то есть начал внимательно изучать свой монитор. Работать не хотелось, да и особой напряженки не было. Попиздел о жизни со своими тетками, пошлялся по цехам, не дал денег коммерсам, с которыми вчера жрал водку и с нетерпением поглядывал на часы.

Настроение мне испортил Дима, который неожиданно приперся в контору без звонка и начал требовать откат за купленную водку. Выдавать деньги из кассы для меня как серпом по яйцам, я долго держал оборону и всячески отбрыкивался от него, то прикидывался дурачком, то бедным и несчастным, то, просто тупо не мигая, на смотрел на него. Дима орал, просил, клял, проклинал, молил, говорил как мужик с мужиком, настаивал, вымаливал на протяжении часа свой откат. И я сдался. Дима, расплывшись в широкой улыбке, пообещал магарыч, получил бабло и свалил.

Через час, когда я уже совсем забыл про него, он заявился с пятилитровой канистрой живого не фильтрованного пива. Поставил ее в уголок с ехидной улыбочкой и удалился без слов. Ну что, делать нечего, придется пить. Кое-кто из коммерсов метнулся за рыбой и в шесть часов мы уселись на офисные столы, дабы выпить пива с рыбой и попиздеть о жизни. Укатав пять литров Диминого пива было принято решение сходить еще. Сходили. В общей сложность я выпил 2,5 литра пива и почувствовал некоторое недомогание.
Меня бросало то в жар, то в холод, в голове гудело, обливаясь потом, я понял, что мне настал пиздец. Все пьяные разговоры шли мимо, сидя, как китайский болванчик, я прислушивался к своему организму. Тем временем коммерсы достали из тайника свою водку и веселье пошло полным ходом.
У меня никогда не было отравления, поэтому симптомов его я не знал и, как всегда положившись на авось, думал, что сейчас все пройдет, но, сука, ничего не проходило, только новая волна дрожи накатывала и накатывала на меня. Сходил умылся, долго и пристально вглядывался в свое лицо пытаясь найти ответ, но отражение тупо смотрело на меня не мигая веками, мне было лет 70. Вернулся к столу и обнаружил на нем две бутылки коньяка и шоколадку, коммерсы напиздившись висели на своих телефонах и с кем-то громко общались, по-моему, с покупателями.
Сил сидеть и стоять, а тем более пить у меня не было, поэтому я потихонечку начал собираться. Это было замечено, меня начали хватать, обнимать, целовать, удерживать, я как тряпичная кукла трепался у них в руках и пытался вырваться. Платой выхода из этого места было объявлено 100 грамм коньяка, все мои объяснения не принимались. Хуле, пришлось выпить.
На выходе охранник спросил: «Там еще долго?». «Хуй его знает», - ответил я. Выйдя на улицу, вдохнув свежий волжский воздух и затянувшись сигаретой, я сел в машину, поехал домой. По пути купил бутылку минеральной воды и сигареты.
Дома есть не хотелось, попив чаю и выглушив полтора литра минералки, раздевшись, я улегся на кровать. Поворочавшись, часок и смяв простынь, понял, что мне что-то усиленно давит на нижний клапан. Пришлось тащиться в гальюн. В гальюне началась кульминация сегодняшнего дня.

Войдя в толчок, на ходу снимая трусы, и увидев унитаз, я понял, что у меня не только сильно давит снизу, но и усиленно рвется сверху. Быстро оценив давление в разных отверстиях пришел к выводу, что изо рта у меня прям сейчас хлестанет, а жопа может подождать. Как я ошибался. Встав на четыре точки я начал блевать в унитаз на второй рвотной судорге одновременно со струей из головы моя филейная часть выпустила второй гейзер. И тут понеслось. Я блевал одновременно из двух дыр, при этом пытался унять одно из них, дабы огонь велся более прицельно и скоординировано. Но это приводило только к большему напору, разбрызгивая и распыляя струи по всему толчку, а он был совмещен с ванной, я шмалял из своих орудий в разные стороны уже без целенаведения.
Так как с обеда до артподготовки я выпил более пяти литров жидкости, то порох в пороховницах не заканчивался и разноцветный фейверк окрашивал толчок в разные цвета. Сжимаясь и разжимаясь как пружина я блевал и поносил упругими струями, слезы лились ручьями по моему лицу. Через некоторое время руки и ноги начали разъезжаться по кафелю от блевоты и говна, которые являлись смазкой. Левая нога предательски поползла вправо, и я завалился на левый бок в собственное говно и блевоту.
От осознания того, что я лежу в этой хуйне мне стало плохо, единственное что утешало – лежу в своем. Сделав последний аккорд орудия смолкли. Полежав некоторое время и успокоившись, я принялся подниматься, делал я это долго и методично, но на последнем рывке не удержался и упал обратно на пол, завалившись на спину, подниматься начал через правый бок, и теперь весь я уже был в собственном блевонтине.
Поднявшись, я ухватился за батарею, так как ноги разъезжались в разные стороны, и начал осматривать последствия своего нашествия, весь толчок был заблеван и обосран. Кое-где снаряды рвались даже на уровне метра от пола, что только удивляло меня и внушало страх в способности человеческого организма.

Постояв минутку в ахуетвании от дела рук собственных, я поперся на цыпочках в коридор за сигаретой, закурив, вернулся в ванную, сел голой жопой на заблеванный унитаз и с философским спокойствием начал детально все обозревать. Одной из струй под ванной сбило пачку стирального порошка, придется корячиться и лезть туда с тряпочкой, вытирая в труднодоступных местах. Ебана в рот, как после атомной войны, но что делать придется все убирать. И чем скорее, тем лучше, так как блевотно-поносная корка на моей коже начала остывать, отчего мурашки бегали по всему телу. Пидарасил толчок долго, около двух часов, за это время успел детально изучить, что у меня переварилось, а что нет. Пришел к выводу, что пищу, которую я поглощаю необходимо более тщательно разжевывать. К концу уборочных работ блевотно-поносная корка успела окончательно засохнуть, что придавало мне дискомфорт при наклонах и поворотах.
Отмывался также очень долго, вымывая и вычесывая все что осталось или могло остаться, постоянно проталкивая пальчиком в канализацию куски блевоты, которые не могли самостоятельно пройти сквозь решетку ванны.
До сих пор в догадках, что меня подкосило, на Диму пенять не хочу, ведь коммерсы тоже пили, и с ними ничего не случилось. Остается хачевский ресторан и люля-кебаб. На следующее утро я был как огурчик, а коммерсы воплощали собой картину «утро в китайской деревне». Друзья мои: разжевывайте, разжевывайте, жить и блевать станет легче.